Трансформация бизнес-империи Владимира Когана

Екатерина Зайцева
Июнь22/ 2019
Фото: Википедия

Год назад владелец «Уралсиба» Владимир Коган вынужден был отойти от дел по состоянию здоровья. Управление его активами взяли на себя сыновья – Евгений и Ефим. 20 июня Коган-старший скончался.

Еще при жизни бизнесмена Forbes подготовил материал о том, что происходило с его семейной империей, оценивающейся в $750 млн. В июльском номере журнала выйдет материл о деятельности Владимира Когана и его бизнесе.

21vek BY

Сын за отца

В 2014-м Евгению Когану было лишь 25 лет. В то время молодой девелопер планировал строить туристическую деревню по соседству с курортом Кран-Монтана. Стоимость проекта достигала 650 млн. франков, но швейцарских журналистов больше интересовали отношения россиянина с Кремлем.

Стоя на фоне Швейцарских Альп в каске, жилете и с лопатой Коган-младший вынужден был оправдываться, что видел президента России лишь по телевизору и не имеет с Владимиром Путиным личного контакта. Интерес местных журналистов объясним: отец молодого человека в 90-х был самым влиятельным петербургским банкиром.

В то время Владимир Коган возглавлял Промстройбанк (ПСБ) и хорошо знал земляков, ныне занимающих наивысшие посты в стране. В 2015-м он получил на санацию «Уралсиб» и заявлял, что планирует передать финансовую организацию в наследство своим сыновьям. Однако весной 2018-го бизнесмен перенес инсульт: Евгений и Ефим (тремя годами младше брата) раньше срока вынужденно взяли на себя управление выстроенной отцом империей.

Недавно семейство Когана утратило Афипский НПЗ, один из крупнейших активов. Какова причина потери и что происходит с иными активами?

21vek BY

Возвращение банкира

Прежний владелец ФК «Уралсиб» Николай Цветков за два года до санации пытался выработать стратегию вывода банка из кризисной ситуации. Собравшиеся в горах Италии топ-менеджеры написали свое видение на бумаге, положили листы на снег и встали на них босыми ногами. Однако космос не подсказал ответов: данные МСФО за 2014-й свидетельствуют: за год «Уралсиб» нарастил убыток с 1,6 млрд. до 9,5 млрд. руб.

Цветков в свое время мечтал с помощью банка улучшить жизнь людей. Он жертвовал крупные суммы на благотворительность, а себя и менеджеров погружал в нумерологию и аюрведические практики. Но к концу 2014-го банкиру пришлось искать инвестора для докапитализации банка, в ином случае регулятор грозил отобрать лицензию.

Дальше всех зашли переговоры с основным акционером Московского кредитного банка (МКБ) Романом Авдеевым, пишет Forbes. Он готов был купить 75% «Уралсиба» за символический рубль и пополнить капитал на 15 млрд. рублей, но сделка сорвалась. Тогда же банком заинтересовался Владимир Коган, который на тот момент был совладельцем небольшого петербургского БФА Банка. Цветков и ему предлагал докапитализировать банк. Но Коган дождался 2 ноября, когда ЦБ, разочаровавшийся в способности Цветкова самостоятельно найти инвестора, объявил аукцион на санацию «Уралсиба».

Банк России впервые в своей практике решился доверить оздоровление кредитной организации частному лицу.

«Предложение Когана было самым «дешевым» с точки зрения тех задач, которые предстоит решать», — позже пояснял замглавы ЦБ Михаил Сухов.

На процесс санации регулятор выделил Когану 81 млрд. руб., тогда как  АФК «Система» (ближайший конкурент) просила в ходе аукциона сотню миллиардов. В итоге Когану досталось 82% финансовой корпорации, включавшей немало сателлитов (лизинговая, страховая компании, пенсионный фонд и др.). У Цветкова остались 15% акций «Уралсиба» - в качестве «доброго желания» санатора.

Победа Когана на аукционе стала для участников рынка полной неожиданностью. Зачем непубличному бизнесмену понадобился «Уралсиб» с активами до 400 млрд. руб.? Давний знакомый Когана пояснял его активное участие в аукционе стремлением вернуться в большую игру.

В 90-х в Санкт-Петербурге Владимира Когана именовали «Великим», а в начале нынешнего столетия даже пророчили пост главы Банка России. Однако к середине 2000-х он распродал основные активы, включая ПСБ (его приобрел ВТБ за $577 млн.), и занялся государственными вопросами.

В бизнес Коган вернулся в 2011-м и сразу занялся поисками крупного актива. Среди рассматриваемых были банки «Санкт-Петербург», «Возрождение», Балтинвестбанка, Связь-банк, а также компании «Полюс Золото» и «Уралкалий».

«Коган всегда ощущал себя крупным капиталистом и искал для этого ощущения форму», - рассказал знавший бизнесмена питерский финансист.

Но крупный актив в виде «Нефтегазиндустрии» у Когана все же был. Этой компании принадлежал и построенный в 60-х годах на Кубани Афипский НПЗ. Партнерами по бизнесу выступали Айрат Исхаков и Юрий Крымский.

Крымский вспоминает, что именно они посоветовали Когану купить «Уралсиб» и познакомили его с Цветковым, пишет Forbes. С 1990-х партнеры Когана работали с башкирскими НПЗ по давальческим схемам. «Уралсиб» до покупки его Цветковым в 2003 году был опорным банком Башкирии, и Исхаков и Крымский были знакомы с его руководством.

Свет в тоннеле

С лета 2009-го ситуация на Афипском заводе оставляла желать лучшего. «Транснефть» удовлетворяла не более 50% заявок НПЗ на поставку нефти, поэтому мощности простаивали, рабочих сокращали.

В то время предприятие принадлежало подконтрольному Олегу Дерипаске «Базовому элементу». Во время прошлого кризиса миллиардер отказался от идеи стать нефтяным магнатом: он вернул Михаилу Гуцериеву «Русснефть» и искал покупателей на Афипский завод.

Весной 2010 года Юрий Крымский и Айрат Исхаков приобрели его за $320 млн., $210 млн. покупатели заняли в Сбербанке, оставшиеся $110 миллионов, по словам Крымского, вложил Коган. Крымский знал Когана с 1990-х и пригласил его в проект в расчете на его политические связи. Сам Коган возглавлял тогда департамент строительства Минрегиона и отвечал за возведение в Санкт-Петербурге комплекса защитных сооружений от наводнений, получившего неофициальное название «дамба Путина». Ушел из Минрегиона он только в 2011 году, сообщает Forbes.  Крымский вспоминает, что в 2010 году Коган уже закончил «дела в Санкт-Петербурге» и перебрался в Москву. Через цепочку кипрских компаний и траст в Лихтенштейне он получил 57,6% «Нефтегазиндустрии», владевшей 100% Афипского НПЗ. Коган в дела завода не вмешивался, управление лежало полностью на миноритариях, Крымском и Исхакове.

Новые владельцы наладили работу на Афипском НПЗ. Нефть на завод поступала через нефтепровод «Транснефти» по железной дороге. До этого попытки Дерипаски переключить предприятие на трубопроводную систему потерпели фиаско. «Нефтеиндустрии» удалось решить этот вопрос к 2013 году.

Еще одной проблемой был мазут, составлявший до половины продукции. Экспортные поставки приносили хороший доход: вложенные Коганом $110 млн. вернулись спустя год, но с 2015-го ситуация должна была измениться из-за налогового маневра в нефтяной отрасли, предполагавшего повышение пошлин на мазут. При этом ожидалось снижение платежей на светлые продукты, но для наращивания из выпуска нужна была модернизация.

К 2015 году завершился первый этап модернизации. Мощность завода выросла почти втрое, до 6 млн. т, а долг — до $1 млрд. (почти всю сумму предоставил Сбербанк, часть обязательств в валюте), сообщает журнал. Но ввод установок, которые могли увеличить глубину переработки, был впереди, а завод уже ощутил налоговый маневр и падение цен на нефть. В 2014 году маржа Афипского НПЗ (3200 руб. за т) была выше, чем в среднем по отрасли, в 2015–2016 годах она сравнялась со среднеотраслевой, которая сама за эти два года сократилась с 2500 до 900 рублей за т нефти, объясняет главный экономист VYGON Consulting Сергей Ежов.

Конфликт с партнерами

Налоговый маневр обернулся для  Афипского завода двукратным снижением EBITDA – до $200 млн. Модернизация продолжалась, однако следовало договариваться со Сбербанком о реструктуризации долговых обязательств. Коган лично знал Грефа, поэтому сам занялся решением данной проблемы. В конце 2015-го он предложил партнерам отойти от управления предприятием.

«До этого завод на своем горбу тащили миноритарии, — объясняет один из контрагентов Афипского НПЗ. — Когда уменьшилась маржа, Коган начал разбираться с финансовыми потоками, задавать вопросы, ему как-то неудобно ответили — и понеслось».

Крымский считает причиной конфликта покупку Коганом «Уралсиба». Как только старший партнер вошел в высшую банковскую лигу, он якобы резко изменился. Кроме того, потребовал передать в группу «Нефтегазиндустрии» принадлежавшую Крымскому и Исхакову «Нефтегазиндустрию-инвест» («НГИ-инвест»). Для НПЗ данная компания была давальцем: именно на ней аккумулировалась главная доля выручки от реализации нефтепродуктов.

Так, в 2015-м выручка «НГИ-инвеста» достигала 98 млрд. руб., тогда как у «Нефтегазиндустрии» - 52 4 млрд. руб., а у Афипского завода – всего 6,5 млрд. руб. По мнению Крымского, при помощи «НГИ-инвеста» Коган планировал улучшить финансовые показатели группы, чтобы взять у Сбербанка новые кредиты для дальнейшей модернизации.

Коган даже грозил бизнесменам войной в случае отказа от выполнения требований. Знавшие Когана люди характеризуют его как жесткого и авторитарного руководителя, прошедшего целый ряд корпоративных войн. В итоге летом 2016-го  «НГИ-инвест» перешел во владение компании Lakescope. Через нее партнеры владели «Нефтегазиндустрией». Сыновья Когана занялись управлением Афипским НПЗ, а также вошли в руководство «Уралсиба».

Младшее поколение

В январе 2019 года вход на расположенный в селе Красногвардейском Ставропольского края стекольный завод заблокировала группа крепких мужчин — человек семьдесят в спортивных костюмах. Рабочих на предприятие не допускали, пишет Forbes. Через два месяца работа завода, принадлежащего компании «Югрос-продукт», была полностью заморожена. «Югрос-продукт» — один из крупнейших проблемных должников «Уралсиба» с объемом требований около 6 млрд. рублей (эту сумму подтверждает основатель и глава завода Алексей Яшкунов). Проблемы с обслуживанием кредита начались еще в 2008 году.

В конце 2015-го (за месяц до санации) «Уралсиб» уступил долговые требования «Аквамарину». Компания предъявила их «Югрос-продукту» в ходе банкроства. При этом Евгений Коган приезжал на завод, чтобы встретиться с руководством.

«Он показался мне деловым человеком, лично попросил приложить максимум усилий для перезапуска завода, что мы и сделали», — вспоминает Яшкунов.

По его словам, представители банка постоянно присутствовали на собраниях акционеров, однако партнерские отношения с «Уралсибом» у завода так и не сложились. В ходе захвата предприятия среди местных ЧОПовцев можно было видеть и банковских сотрудников. На запрос журналистов относительно «Аквамарина» в банке ответили, что не имеют отношения к данной компании. В итоге завод остановился «холодным способом».

«Стекло застыло в печи. И теперь проще купить новую печь, чем перезапускать», — констатирует знакомый с ситуацией источник Forbes.

После болезни Когана его старший сын фактически возглавил «Уралсиб». Один из столичных финансистов видит главную проблему банка в самоуверенности Евгения, «слишком рано надевшего генеральские погоны». Ранее, при Цветкове, проблемой была неуверенность банкира в принятии решений.

Зато знакомый семьи напротив характеризует Евгений Когана как спокойного человека:

«Он не эмоциональный, не делится переживаниями, достаточно консервативного склада, не по годам зрелый».

Евгений пришел в банк с первого дня санации. О результатах его работы свидетельствуют финансовые показатели. В 2014-м убыток «Уралсиба» составлял 9,5 млрд. руб., а спустя год прибыль по МСФО достигала уже 16,8 млрд. руб.

«В чем смысл брать банки на санацию, все уже давно дали ответ: тебе под низкую ставку дают деньги на длительный срок, которые ты вкладываешь в ОФЗ и получаешь сразу прибыль», — поясняет экс-партнер Владимира Когана.

С ним согласна и аналитик S&P Екатерина Марушкевич. Благодаря прибыли банк сформировал резервы (на 30 млрд. руб.) и признал убытки от лизинга и страхования (25 млрд. руб.). Еще в 2015-м Коган-старший называл основными проблемами банка лизинговую и страховую компании. В марте следующего года он договорился с Борисом Минцем о продаже пенсионного фонда группе 01 за 1,8 млрд. руб. Страховая компания продана в конце 2017-го Василию Трохину, а лизинговая до сих пор состоит в группе «Уралсиб».

Накануне 2016 года Владимир Коган делился планами о наращивании активов «Уралсиба» до 500 млрд. руб. и выведении банка в топ-10. Первая цель фактически достигнута – активы финансовой организации составляют 525 млрд. руб. Благодаря этому показателю он занимает 18-ю строку в российской банковской системе.

«В целом «Уралсиб» — это банк, где есть понятная стратегия, но менеджеры отдают себя больше процессу, чем результату, — поясняет бывший банковский менеджер.

По его словам, в банке проходят бесконечные совещания, причем каждый топ-менеджер хочет присутствия Евгения Когана на мероприятии, рассчитывая получить от владельца «мандат на решительные действия».

Поток иссяк

В конце апреля 2018 года, несмотря на дождь, рядом с Афипским НПЗ собрались сотни людей — предприятию исполнилось 55 лет. Чиновники поздравляли работников завода и благодарили его акционеров за подарок — аллею славы, вдоль которой было высажено 55 дубов. Сами акционеры (в их числе появились миллиардер Игорь Макаров и глава группы «Новый поток» Дмитрий Мазуров) в это время думали, как спасти завод от краха.

По словам контрагента Афипского завода, Владимир Коган после конфликта с младшими партнерами приостановил модернизацию завода. От управления заводом они отошли за 3 месяца до планового запуска висбрейкинга для увеличения глубины переработки. Однако установка была включена лишь спустя 1,5 года, а ее стоимость оказалась в полтора раза выше указанных в контракте 11 млрд. руб.

По словам Крымского, избавиться от НПЗ Коган захотел еще в самом начале конфликта и заключил с партнерами соглашение о совместной продаже, рассказывает Forbes. В начале 2017 года Коган начал переговоры с Дмитрием Мазуровым и предложил ему взять Афипский НПЗ в управление. В группу «Новый поток» Мазурова входил крупнейший в России независимый Антипинский НПЗ мощностью 9 млн. т, небольшой Марийский НПЗ и нефтяные месторождения.

Один из экс-руководителей «Нового потока» вспоминает, что представители Когана весной 2017-го связались с Мазуровым, а уже спустя полгода компания стала совладельцем «Нефтегазиндустрии». Акционерная структура к тому времени уже изменилась.

В мае 2017-го Коган провел допэмиссию на $65 млн., которая размыла доли младших партнеров. Собственником 66,72% «Нефтегазиндустрии» стала компания «Юг-Инвест» Когана, а эффективная доля Крымского и Исхакова снизилась до 14%.

Исхаков и Крымский решили через суды оспорить допэмиссию, в т.ч. через кипрский, где с Коганом было подписано акционерное соглашение. Мазуров стал собственником 16,6% активов «Нефтегазиндустрии» через цепочку компаний. Сделка обошлась ему $200 млн., хотя стоимость всего Афипского НПЗ в то время не превышала $400 млн.

По словам бывшего топ-менеджера «Нового потока», Мазуров таким образом покупал у Когана опцион на контроль над заводом: оставшееся  должно было быть продано с дисконтом.

Крымский связался с Мазуровым вскоре после его сделки с Коганом, рассказал о допэмиссии и предупредил о подаваемых исках, пишет Forbes. После этого, как говорит Крымский, Мазуров встретился с ним и Исхаковым. На встрече присутствовал миллиардер Игорь Макаров, который якобы заявил, что стал совладельцем «Нового потока» и готов выплатить миноритариям деньги за их акции по цене сделки Мазурова и Когана. Взамен Макаров якобы попросил отозвать все иски.

Контрагент Афипского предприятия указывает на отсутствие у Мазурова собственных средств. Сделку с Коганом «Новый поток» профинансировал кредитными деньгами, полученными у трейдера Vitol. К тому же доля с завода была заложена под обещание поставок нефтепродуктов на такую же сумму.

Из-за налогового маневра и высокого валютного долга Антипинский НПЗ Мазурова тоже испытывал трудности. Чтобы продолжать модернизацию, нужно было $200 млн., якобы их обещал внести Макаров. Владелец одной из нефтегазовых компаний, работавших с Антипинским НПЗ, говорит, что менеджеры Сбербанка, кредитовавшего «Новый поток», в 2015 году сами искали на рынке инвесторов для холдинга Мазурова.

Собеседник Forbes рассказал о жестких условиях Макарова для защиты капиталовложений. В частности, он потребовал от Мазурова возврата инвестиций с процентами, если проект не окупится. По мнению экс-топ-менеджера «Нового потока», Макаров попросту искал предлог, чтобы не платить.

Минувшим летом партнерство развалилось, Макаров так  и не выкупил доли Исхакова и Крымского: сначала сослался на временные трудности, а в дальнейшем и вовсе отказался от сделки. Причем совладельцы завода к тому времени уже отозвали свои иски из международных судов.

Новоявленный миллиардер

Менеджеры «Нового потока» смогли вдвое увеличить EBITDA  на Афипском НПЗ – до $200 млн. Компания хотела получить контроль над заводом, но не стала рисковать, после того как у Владимира Когана случился инсульт. На протяжении всего 2018 года ситуация и на Антипинском, и на Афипском НПЗ ухудшалась.

«У акционеров попросту не хватило мудрости, чтобы удержать проект, который был полностью обеспечен в том числе инвестиционной массой под строительство установки гидрокрекинга», — резюмирует акционерный конфликт контрагент Афипского НПЗ.

По словам Крымского, запуск гидрокрекинга позволил бы нарастить EBITDA до $800 млн. Осенью 2018-го на заводах «Нового потока» начались перебои с поставками нефти. Сбербанк вынужден был вмешаться в ситуацию. В ноябре 2018-го его банкиры вошли в руководство структур «Нового потока». В апреле текущего года на НПЗ вновь сменился директор — им стал Сергей Кращук, возглавлявший ранее Краснодарский нефтезавод группы «Сафмар» Михаила Гуцериева.

Вместе с тем стопроцентный пакет Афипского НПЗ  выкупила у «Нефтегазиндустрии» подконтрольная Гуцериеву «Ойл Технолоджис».  Источники журнала заверяют, что семья Когана получила $20 млн., а ГК «Сафмар» забрала себе долг Афипского завода (до $1,8 млрд.).

Крымский вспоминает, что Афипский НПЗ интересовал Гуцериева еще в 2016-м. Однако после консультаций с Германом Грефом тот все же отказался от сделки. Бывший руководитель «Нового потока» и Крымский уверены, что сделку контролировал Сбербанк. Исхакову и Крымскому так и не удалось встретиться с Грефом и Гуцериевым – они проигнорировали просьбы.

Контрагент НПЗ рассказал, что миноритарии пытались войти обратно, однако Греф хотел видеть в главе завода Гуцериева, которому доверяет. Но глава Сбербанка в свою очередь заявил Forbes, что решение о продаже Афипского НПЗ приняли сами владельцы.

«Туда пришли другие собственники, и, слава богу, там все в порядке, — говорит глава Сбербанка. — На место неопытных в нефтяном бизнесе собственников пришли опытные, со своей нефтью и с большой экспертизой. Надеемся, что в короткие сроки он [НПЗ] справится с уже начавшейся дисфункцией и выйдет на проектные мощности».

В мае Антипинский НПЗ подал иск о собственном банкротстве. Близкие к «Новому потоку» структуры  пытаются оспорить сделку по продаже завода структурам Гуцериева.  Исхаков и Крымский также намерены вновь подать иски в международные суды. В этот раз ответчиков, вероятно, прибавится: ими могут стать структуры Когана, Мазурова и Гуцериева.

Комментарии

  • Напишите что думаете! Пока комментариев нет...